Рубрики

/ / Как изменить свою жизнь и не пожалеть об этом (часть II)

Как изменить свою жизнь и не пожалеть об этом (часть II)

21 Сентября 2018

Изображение к посту «Как изменить свою жизнь и не пожалеть об этом (часть II)»

Мы поговорили с людьми, которые решились бросить нелюбимую работу ради чего-то, к чему лежит душа. В первой части нашими героями стали музыкант, маркетолог, пекарь, основатель бренда женской одежды и владелец автомойки. Продолжаем публиковать удивительные человеческие истории.

Юлия Курбатова, основатель Wonder Cake Bakery

Я работала в крупном ресторанном холдинге менеджером по внутренним коммуникациям. Организовывала мероприятия и конкурсы для сотрудников, писала статьи, вела соцсети и многое другое. Работа многозадачная и интересная. Мы съехались с моим молодым человеком, теперь уже мужем, и оказалось, что он сладкоежка. Завтракал обычно чем-нибудь вроде покупных венских вафель из магазина. Я поняла, что это не дело, и постепенно начала готовить ему сладкое сама.

Сначала это были простые шарлотки или даже готовые смеси, типа «Апельсиновый кекс за 5 минут». На день рождения я решила приготовить ему эклеры: вся кухня была уделана, но эклеры получились вкусные (пусть даже их вид оставлял желать лучшего). Так оно и пошло: на каждый праздник я обязательно готовила какой-нибудь десерт. Рецепты смотрела на YouTube. И это меня затянуло, мне захотелось приготовить не просто домашний тортик, а так, чтобы как на картинке: идеально выровненный кремом, с шоколадными подтеками и ягодами. Время шло, а желание не пропадало. Я решила, что пора подтянуть свои навыки, и пошла на трехдневный базовый курс по приготовлению сладостей. Процесс меня вдохновил, а фотографии с мастер-класса собрали кучу лайков, в том числе от моих тогдашних коллег. От одной из них и пришел первый заказ.

Со временем количество заказов достигло критической отметки: ночью я делала торты, днем работала на основной работе. Это было работой на износ. Я поняла, что нужно оставить что-то одно. То, что зажигает внутренне, к чему лежит душа. Коллеги отнеслись с пониманием, поскольку они все сами видели и пробовали.


Не все близкие поверили, что это действительно серьезно и что я не передумаю. Но со временем осознание пришло и к ним.


Решение, несомненно, было правильным. Я доверилась себе, и это открыло совершенно новые грани в моей жизни.

Макс Гошко-Даньков, художник

Я работал в корпоративном бизнесе более 10 лет: медийные агентства, продвижение журналов, спецпроекты в Москве и других городах. Потом была шестилетняя история в люксовой парфюмерии и издательский бизнес. Работа дала мне связи и опыт: со многими людьми из прошлой бизнес-жизни я до сих пор дружу, общаюсь, встречаюсь, когда путешествую, — и очень этому рад. Но потом наступил переломный момент, когда я «закрыл офисную дверь» и стал заниматься только любимым делом. Ни минуты об этом не пожалел.


В какой-то момент я осознал, что сильно устал от жесткого графика и нехватки времени на себя, на семью и друзей, на любимое дело, и решил сфокусироваться только на творчестве.


Тем более, что к тому времени параллельно с основной работой у меня уже было несколько персональных выставок. Я не работаю на заказ как иллюстратор, а самовыражаюсь через цвет и формы — они отражают мой внутренний мир, мои чувства и эмоции. И, как показала практика, это оказалось близко многим людям. Я не инвестировали ни копейки в PR-поддержку. Все, что обо мне пишут, — это органический рост, результат моей работы, моих проектов. Жалею ли я о таком резком повороте в жизни? Ни минуты! Я занимаюсь любимым делом, я им живу — и я счастлив. У меня много интересных проектов, есть спрос на то, что я делаю. Я не боюсь работы, не боюсь творческих вызовов — это наполняет мою жизнь ценностью. И у меня есть возможность много путешествовать, больше времени видеть семью, друзей — по-хорошему жить каждый день в моменте.

Николай Борисов, ресторатор

В 1997 году я поступил в Международный университет в Москве на факультет лингвистики и межкультурной коммуникации. Нашим деканом была Галина Александровна Китайгородская. Мне было 17 лет, когда в семье произошла трагедия, скоропостижно умер мой папа Вадим Борисов. Семья помогала с оплатой обучения, однако денег на «карманные расходы» не хватало, хотелось с однокурсниками играть на бильярде и выпивать. Я устроился в компанию — производителя всемирно известных газированных напитков. Тогда они запускали на рынок новый продукт (он не выжил), дрянь, надо сказать, была редкостная. Я раздавал слабоалкогольный лимонад в ночных клубах, это было круто, мне оплачивали такси, и в клубах все меня любили за бесплатное бухло. На третьем курсе у меня состоялся серьeзный разговор с Г.A. Китайгородской. Я перестал «играть на бильярде» и взялся за учебу. На четвертом курсе в коридоре факультета появилось объявление о том, что Университет Орегона ищет на стипендию преподавателя русского как иностранного (РКИ) и одновременно есть возможность получить MA (Masters Degree). Я прочитал, помечтал и прошел мимо. Спустя какое-то время на урок по академическому письму к нам зашла Галина Александровна и спросила: почему нет ни одной заявки? Неужели никому не интересно? Это же такая возможность! После уроков я подошел к ней и спросил, какие у меня шансы? Она назначила мне дополнительные занятия, и я год готовился к поступлению. Помимо формальных экзаменов мне помогло ее рекомендательное письмо.

В Университете Орегона я провел 2 чудесных года, преподавал русский, ставил спектакли со студентами. Потом понял, хочется работать, но академическая карьера не для меня. Вернувшись в Москву, я устроился в газету «Ведомости». Через два года я перешел на работу в Forbes, а еще через пару лет стало очевидно, что писать мне особо не о чем.

Я несколько месяцев проработал в журнале Tatler, который только собирались выводить на рынок. Но первую редакцию журнала уволили почти в полном составе. Я приходил на работу в гордом одиночестве и ждал назначения нового главреда.

Тут мне позвонила моя вторая сестра Мария со словами, что они собираются открыть вторую «Квартиру 44», и спросила, не хочу ли я начать учиться ресторанному делу и помогать семье.


Это было очень страшно, на тот момент у меня была приличная зарплата, страховка, работа в одном из главных издательских домов, бесконечная череда вечеринок. Но я понял, что никогда не захочу и не смогу быть главным редактором, а очнуться и понять, что тебе 30 лет и ты взрослый мужчина, который пишет про собачек знаменитостей, мне не хотелось.


Мама и друзья меня поддержали, и я взял отпуск за свой счет. Работал ассистентом, потом прошел стажировку и стал менеджером, совмещая это с должностью арт-директора. Когда появился проект «Март» на Петровке, я уже не работал в смене, а занимался только концертами, вечеринками и банкетами. Потом появились «Меркато», где я отвечаю за общение с администрациями парков и спецпроекты. Сейчас мы по-прежнему работаем с сестрами, вот уже 12 лет.

Артем Липатов, журналист

В 1993 году я работал на российском телевидении, но это занятие начинало мне надоедать. Мой шеф, Артемий Троицкий, ушел с ТВ, а неприязнь руководства к Артемию стала сказываться и на мне: я вяло волочил два оставшихся проекта, мои сценарные заявки отфутболивались, и перспективы были смутные. Смутным было и время; к тому же я внезапно оказался многодетным отцом. В общем, что-то надо было делать.

Примерно тогда же я нашел у товарища изданный в 1991 году роман писателя-эмигранта Игоря Ефимова «Седьмая жена». Я был поглощен целиком этим бурлескным повествованием, простиравшимся по просторам Америки, Советского Союза, Тихого и Атлантического океанов, мирной в ту пору Европы и бог весть каких еще далей. Главный герой, где бы он ни был и в какие передряги ни впутывался, всегда находил время для того, чтобы написать (и записать) радиопередачу — он вел их еженедельно на каком-то Public Radio. Жанр этих текстов очаровал меня навсегда. Это были монологи, отчасти — проповеди, отчасти — вопросы без ответов; они заставляли думать, заставляли сжиматься сердце.

И когда в начале весны мне предложили поработать на только что открывшейся радиостанции «Панорама», я не думал ни секунды. Сделать аналог того, о чем читал у Ефимова, я, конечно, не смог, но получил в полное распоряжение час в неделю — с 23 до полуночи воскресенья. Это называлось «Свободный полет» и именовалось программой о джазе, но к джазу имело отношение зачастую косвенное — примерно через две программы на третью я брал некую тему — общечеловеческую — и говорил о ней, сопровождая иногда джазом.

С тех пор я больше всего на свете люблю радио.


Это настоящий наркотик. Попробовав раз, два, три, ты будешь стремиться к микрофону снова и снова.


На радио нет ничего: только ты и микрофон. Каждый слушатель додумывает тебя сам. К тому же отсутствие картинки делает твои слова куда доходчивее, даже если передача слушается фоном.

У меня потом было несколько работ на радио. Мне было плохо, когда радио не было, плохо сейчас, когда радио нет. Я работаю в отличном журнале, веду два блога в сети, но без магии микрофона, без слов «Добрый вечер, вы слушаете» — в моей жизни дует сквозняк оттого, что это место в ней свободно.

Лидия Бурова, директор по спецпроектам в издательской группе «Точка», основатель издательства «Любимое дело»

Я окончила факультет наук о материалах МГУ, аспирантуру, работала в лаборатории на факультете, защитила кандидатскую диссертацию и могла выбирать между продолжением научной карьеры или работой в инновационной компании, штат которой был образован из молодых ученых — выпускников нашей лаборатории (сейчас одна из десятка компаний по всему миру, производящих уникальные устройства для энергетики).

Но после защиты диссертации и рождения второго ребенка (мне было 32) я пошла на годовой курс профпереподготовки по направлению «управление книжным бизнесом» в Институте печати имени Ивана Федорова. Мне даже трудно сейчас объяснить тогдашнюю решимость: то ли на фоне гормональных изменений, то ли благодаря завершению эпопеи с диссертацией открылись какие-то чакры, и я поняла, что не просто люблю хороший язык, хорошую бумагу, шрифты, иллюстрации, обложки, а хочу сама все это делать — делать хорошие книги. Не писать, авторских амбиций у меня никогда не было, а именно создавать, производить, замыкать цепочку от идеи до воплощения в бумаге.


Наверное, это как любовь, какая-то магия, — ты просто понимаешь, чувствуешь, что это твое, что тебе это надо. Молчишь в ответ на причитания пожилых родственников «как, ты уйдешь из науки?!» и на недоуменные вопросы знакомых «бумажные книги? А это вообще сейчас разве перспективно?» — и просто начинаешь искать работу в издательстве.


Я начинала как помощник главного редактора в небольшом издательстве деловой литературы. Осваивала на практике одновременно все издательские процессы, применяя все свои умения — от литературного редактирования и управления проектами до искусства нетворкинга и умения предложить чай в нужный момент.

Мне очень повезло: семья безоговорочно меня поддерживает. В первую очередь муж, к которому я всегда могу обратиться за советом, и благодаря которому чувствую, что иду в верном направлении, даже когда не зарабатываю «для семьи», а вовсе наоборот — трачу на няню больше своей зарплаты, сидя целыми днями над редактированием, или не могу расслабиться даже в отпуске, потому что надо сдавать текст, или когда придумываю новый проект раньше, чем понимаю, где взять на него деньги.

Вот уже три года, как я в книжном бизнесе, этой осенью выходит первая книга моего издательства. Не знаю, сколько книг в год мы будем выпускать, и не могу планировать дальше одного-двух собственных проектов — на каждый из них нужно искать деньги. Но я счастлива оттого, что могу этим заниматься. Даже название издательства воплощает эту идею — книги для тех, кто живет своим любимым делом.

Иллюстрация: Shutterstock

Книги на эту тему

Читайте также

?>
 

Ваша корзина пуста

Оформить заказ

Корзина

Итого

Кол-во: 0

0

Оформить заказ

Войти на сайт

или