Рубрики

/ / «Важно вовремя осознать, как исчезает главная возможность в жизни — всё переделать заново»

«Важно вовремя осознать, как исчезает главная возможность в жизни — всё переделать заново»

10 Февраля 2021

Просмотров за сутки 26973
Изображение к посту ««Важно вовремя осознать, как исчезает главная возможность в жизни — всё переделать заново»»

Андрей Мовчан — один из самых известных и опытных топ-менеджеров российского финансового рынка. Управляющий партнер Movchan’s Group. Лучший управляющий активами по версии Forbes. В «Альпине» у Андрея вышла книга «Россия в эпоху постправды». О ценностях, жизни и работе с финансистом поговорил Иван Сурвилло.

Помните, как вам пришла идея написать книгу «Россия в эпоху постправды»?

Я писал статьи уже лет 10, начиная со статей про инвестиции и постепенно переходя к общеэкономическим, социальным и политическим темам, они в разное время публиковались. Как-то мой друг Александр Альперович, владелец издательства Clever, мне между делом сказал, что надо издать эти статьи отдельной книжкой — будут читать. Мне эта мысль запала — я не чужд тщеславия.

В какой-то момент на меня вышли представители «Альпины» с предложением написать книгу, а я сразу и сказал: «Что писать, все уже написано. Хотите — соберем статьи и издадим». Так все и закрутилось.

И как ощущение от завихрений, учитывая, что у вас две книги уже?

Приятно, но существенно меньше, чем можно было ожидать.

Мне кажется, это как с копченой колбасой: в СССР казалось, что это — венец кулинарной мысли, ее на праздничные столы ставили во главу; а когда ее 10 сортов в каждом магазине, никто ее есть не хочет. Книг сейчас пишется намного больше, чем, на мой взгляд, стоило бы. Факт того, что у меня есть книги, он и для публики обыденный, и для меня в общем не то чтобы катарсис.

Вы себя больше ощущаете в какой ипостаси: как топ-менеджер бывший, как экономист или как кто-то еще?

Топ-менеджеров бывших не бывает.

Я точно не экономист, у меня и образования такого нет. Кто такой топ-менеджер? Это человек, как говорят англичане, obsessed with power (с англ. одержимый властью) — и obsession (с англ. одержимость) никуда не девается. Я остаюсь топ-менеджером, управляя компанией как главный партнер. Тьфу-тьфу, получается хорошо, несмотря на возраст. Сегодня мы считали предварительные итоги года — успешно перевыполняем тот план, который закладывали еще в конце прошлого года, не зная ни про какой коронавирус.

Ну а если меня разбудить среди ночи и спросить строго и быстро: «ты кто?», я, конечно, с испугу скажу правду: я — муж и отец (а теперь еще и дед), а никакой не топ-менеджер. У меня старшей дочери 30 лет, я уже забыл, как бывает по-другому. Я как будто всю жизнь был мужем и отцом, а остальное — в свободное время.

Можем поговорить про возраст?

Возраст, конечно, сказывается, Вам этого пока не понять, но с возрастом как будто растет сила гравитации. В формуле гравитации Ньютона ошибка — там должен быть возраст в знаменателе: чем старше, тем больше тянет к земле, присесть, не торопиться, семь раз подумать и понять, почему не стоит делать то, что думал делать. Это не про то, что я не хочу того, что не хотел раньше. Я просто хочу немножко меньше с возрастом. Масштаб сокращается.

Если в 25 есть ощущение, что ты ограничен в деньгах и имеешь впереди вечность, то сейчас у меня ощущения ровно обратные. Деньги — вообще не проблема. Я понимаю, что могу деньги занять, поднять, заработать, привлечь. Но у меня очень жестко лимитировано количество времени, которое осталось, и это, конечно, жизнь в совершенно других условиях.

А что вы ощущаете, когда думаете, что мало времени осталось?

Тревогу.

Мне кажется очень важно вовремя осознать, как исчезает наша главная возможность в жизни — всё переделать заново. В молодости можно ошибиться, потом еще раз, еще раз — пока не получится хорошо. Сейчас я отчетливо понимаю, что 80% того, что было в моей жизни, я уже заново никогда не переделаю — как есть, так есть. У меня на это нет времени и возможностей. Многие вещи сделаны безвозвратно, они будут такими, они никуда не денутся. И очень много что мне еще надо сделать, мне надо сделать правильно с первого раза. Нет права на ошибку.

Иногда, правда, я думаю: я уже не успею так много, что не успеть что-нибудь еще — жалко, конечно, но не так страшно.

Что вы хотите оставить после себя?

Ничего специфического.

У меня остается некое количество детей и внуков, хочется оставить их в состоянии прожить счастливую жизнь. Мы даем им образование, начальную базу, еду, кров и возможности, но не больше. Бессмысленно оставлять миллион долларов и говорить «Будь счастлив!». Конечно, мои дети и внуки заработают. Мы заработали, они заработают. Мозги у них есть, знания есть. Меня, скорее, беспокоит, чему я могу их научить, какой опыт передать.

Еще думаю, как я могу повлиять на мир, который сейчас стремительно меняется к худшему. Как обычно, когда мир меняется к худшему, большинство людей радостно поддерживают и приветствуют. Я сейчас наблюдаю то же самое, меня это беспокоит.

Беспокоит?

Я старею, а это свойство людей в зрелом возрасте: рассматривать времена своей молодости как более хорошие. Но у меня для этого чувства есть несколько поводов и причин.

Главное — тупиковый процесс вынужденной социализации развитых стран, который я сейчас вижу. Процесс безусловно вынужденный, потому что никто не будет отрицать, что зашкаливающее неравенство вредно, большой уровень бедности вреден, низкий уровень культуры вреден. Это всегда тормоза на пути к развитию, рассадник реакционных идей, турбулентности и преступности.

Но единственные меры, которые на сегодня развитые общества в состоянии использовать для борьбы с этими проблемами, — это меры социалистические. Рост национального сектора экономики, рост «объема» государства и усиление механизмов перераспределения. Это токсичное лекарство от болезни неравенства. Бюрократы, экономики, политики, управленцы, возможно, думают, что они лечат, но мы точно знаем, что это очень плохо влияет на общее самочувствие мировой экономики. Мы видим, как снижается мотивация, падает динамика ВВП, растут проблемы в финансовой сфере — а неравенство только увеличивается.

По мере того, как это происходит, удивительным образом на этом этапе истории более успешными начинают выглядеть эффективно структурированные тоталитарные системы. Понятно, что Китай пока еще далек от Америки, Америка все равно на человека производит в год нового продукта больше в три раза, но темп движения, возможности, стабильность Китая выглядят значительно лучше.

Получается, что пока «свободное» общество перестраивается так, что активным предприимчивым свободно мыслящим независимым людям становится хуже, и при этом нарастают социальные и экономические проблемы, активно развивается «восточная концепция», в которой вроде бы экономические проблемы решаются, но тем самым «свободным и независимым» уже плохо. Альтернативы нет, нет долины из романа Айн Рэнд, в которой бы эти люди могли жить хорошо.

Не очень понятно, какой из этого выход. Западные политики наследуют ошибки своих предшественников, которые наделаны в последние 50 лет, но эти ошибки загнали ситуацию в практически неразрешимый тупик. Попробуйте тронуть монетарную политику — у вас рухнет социальная система. Попробуйте дать стимулы бизнесу — рухнут бюджеты. Попробуйте вовлечь население в создание стоимости — вы проиграете ближайшие выборы. В этом смысле западная система, конечно, движется к кризису. Она будет долго туда двигаться, но она туда двигается и постепенно уступает больше пространства системам другого рода, в которых совсем не хочется ни находиться, ни попадать.

Читайте также:

15 книг про историю современной России

Собрали 15 книг, которые помогут посмотреть на нашу молодую страну с разных сторон и понять, как в ней жить, открывать бизнес и защищать свои права.

Читать дальше →

А вам хочется как-то повлиять на это?

Как я могу на это повлиять…

Критикуешь — предлагай, но на нынешнем этапе не-кризисных хороших решений не существует. Для того чтобы подобные решения были, к власти должны приходить люди даже не калибра Маргарет Тэтчер, а калибра Уинстона Черчилля — и не просто приходить, а получать огромный мандат на изменения; такое возможно только в условиях жесточайшего кризиса. К сожалению, чем дальше мы двигаемся, тем меньше вероятность, что люди подобного калибра будут приходить к власти, и тем больше вероятность, что борьба за власть окончательно превратится в борьбу популистских обещаний, даваемых не слишком способными бюрократами.

Как жить?

Я, если честно, не понимаю, какие советы можно дать. Мне кажется, что советы универсальны и их можно было давать сто лет назад, тысячу лет назад, а с другой стороны — они все очень плохо применимы, так как обстоятельства очень быстро меняются.

Универсальный совет: ты должен производить уникальную ценность. Если в состоянии произвести уникальную ценность — ты справишься. Если ты не в состоянии — то ты как лодка без весел. Волна поднимается, ты будешь подниматься вместе со всеми, волна опускается — и ты ничего не можешь сделать. Мы старались детей с детства настраивать на то, чтобы каждый умел производить уникальную ценность.

Производят?

У меня дети разного возраста, старший ребенок однозначно производит, она очень хороший врач и работает в хорошей клинике в Иерусалиме. Она хорошо зарабатывает в 30 лет и ее позиция очень устойчивая, потому что она обладает дефицитной специальностью, которая нужна и в частном секторе, и в государственном.

Вторая дочка у меня только окончила мастерат в Imperial College, она — иммунолог, посмотрим, во что это выльется. Третья оканчивает бакалавриат в New York University, её уже приглашают в Англию — тоже посмотрим, что получится. А сын вообще ещё учится в школе.

А в чём ваша уникальная ценность?

Мне платят деньги всю жизнь за способность управлять людьми. Я пока что не получил серьезных денег ни за что другое. Даже за книги я, в общей сложности, получил несколько тысяч долларов гонорара. Это мило, но не прибавляет мне качество жизни.

А вот за способность создать организацию, сделать так, чтобы люди работали, чтобы организация была эффективной — мне платили много раз, и платили очень хорошо.

Эта уникальность про управление людьми — очень устойчивая, но возраст же ее тоже не щадит.

Да. Когда-нибудь я буду давать указания с портрета на стене. Мы все смертны, и с возрастом это хорошо понимаешь.

Но есть несколько преимуществ в моей профессии. Во-первых, в отличие от бокса или балета, навыки управления с годами только улучшаются. Я сейчас умею управлять организациями лучше, чем в 30. Есть много людей, которые в 60–70–80 лет делают это хорошо, особенно когда это не связано с бесконечной конкурентной борьбой, как у президентов, которая выматывает здоровье. Если просто спокойно управляешь организацией, то все ок.

С возрастом приходит умение делать это, не тратя больших усилий. В молодости ты работаешь семь дней в неделю 24 часа в сутки — бесконечные совещания, полеты… В 50 ты знаешь, кому что поручить, как мотивировать, когда вмешаться, начинаешь чувствовать — здесь все будет в порядке, а здесь — нет.

Оказывается, 90% вещей ты раньше делал не потому, что это было нужно, а потому, что изображал себе деятельность — играл в менеджера. В 50 игры закончены, только дело.

Лучшие книги про управление компанией:

Это как латиноамериканские танцы. Мы очень много лет занимались с женой танцами, сейчас, с переездом в Лондон, остановились на время, но я всегда их очень любил. Так вот, обычно молодые люди, когда танцуют румбу — прыгают, бегают, активно двигаются… А потом кубинец или аргентинец шестидесяти лет выходит на сцену. У него сигара, шляпа. Выходит, берет за руку партнершу, и он почти не двигается вообще, но танец смотрится в тысячу раз красивее. То же самое происходит в управлении людьми: если человек опытный — он уже научился экономить свою энергию, он не делает лишнего, ему не нужно самому себе доказывать, что он сделал все, что нужно.

Он умеет управлять мотивацией: ты дал правильную мотивацию, ушел и год можешь не возвращаться, потому что мотивация правильная и сотрудник делает правильные вещи. В этом смысле мне с возрастом значительно проще работать.

Для вас — в чем мотивация?

Деньги, конечно.

Если упростить донельзя, то люди хотят в общественной жизни трех вещей: власти, славы и денег. Власти я не хотел никогда, всегда бежал от нее, как и от политики. Слава… Это мило, но я хорошо знаю ей цену. А деньги — реальная вещь, которая может создавать качество жизни.

А в чем кайф иметь деньги для вас?

У меня много другого кайфа: знания, искусство, природа, любовь, вкусная еда, дети и внуки, друзья, бессмысленный отдых… Деньги — это средство, они дают свободу.

Поездки по миру; гражданство другой страны; качественная еда; интересные мероприятия; удобное жилье; эффективная и быстрая медицина; возможность помочь нуждающемуся — это всё деньги. Даже не вымокнуть в дождь, добегая до метро, — это тоже деньги, деньги на такси.

В современном обществе во многом деньги обеспечивают тебе достоинство. К сожалению, если у тебя нет этого ресурса, ты очень часто превращаешься в просителя, которого все стремятся немножко пнуть ногой.

И да, меня, как и большинство еврейских интеллигентов позднего СССР, родители воспитывали в духе: «Деньги не нужны, все это мещанство, иметь ничего не надо, а надо быть». Мне кажется, кое-кем я все-таки стал, а моя вера в деньги — возможно это бунт против родителей, против их «экстремизма» в материальных вопросах.

Детям оставите наследство?

Я не знаю, как пойдет. У нас нет такой специальной цели, и никто из наших детей не обсуждает, что они от нас получат наследство.

Я не знаю, потратим мы всё или нет. Не знаю, насколько я буду активно работать, не знаю, какая будет инфляция, как у нас будут уходить деньги… Есть примерный расчет, который позволяет понимать, что без денег до смерти я не должен остаться. А сколько их останется после моей смерти — я даже не задумывался.

У детей, когда они были маленькие, были бесконечные споры о том, кто главный наследник, не в смысле денег, а в смысле имени: кто продолжатель дела, кто будет носить фамилию, кто самый любимый… но к подростковому возрасту это проходило. Я не помню ни разу, чтобы кто-то из них заговорил об этом позже.

Мне 53, и при своем образе жизни, здоровье и месте, где живу, я, возможно, проживу еще лет 40 (а может, конечно, и месяца не протяну — кто знает?). Я уже не буду работать сутками, не буду мотаться по миру, мне сложно заводить новых друзей, сложно заводить новых партнеров, мне сложно поменять направление, в котором я работаю. Я понимаю, что не буду заниматься какими-нибудь стартапами, потому что не буду в них понимать. Китайский я уже не выучу, потому что совершенно по-другому работает голова.

Я заложник возраста. На шестом десятке многие вещи чисто технически, в силу возраста нейронов головного мозга, не сделаешь, а многое не сделаешь в силу общественных шаблонов. Я, например сейчас не пойду в институт учиться на врача в 53 года, и на кулинара тоже не пойду.

О чем вы мечтаете?

Мне кажется, с возрастом с мечтами становится хуже. Меньше мечтаешь.

У меня сын сейчас бесконечно мечтает. Он мечтает, как построит фабрику по производству искусственного мяса, потому что он переживает, что животных убивают. А еще — фабрику игрушек. А еще — будет военным летчиком. Он хотел быть священником, миллиардером, профессиональным игроком в компьютерные игры и много еще кем. Он живет будущим.

А я уже живу настоящим. У меня все делится на то, что у меня есть, и на то, чего никогда не будет. В каком-то смысле я обрел равновесие — мне не нужно то, чего нет. Мне не нужен частный самолет — я не понимаю, что мне с ним делать, а на уровне до частного самолета у меня есть все, что нужно. Мне не нужна подруга модельной внешности — у меня есть любимая жена, которая остается для меня красивее и ближе всех, хотя мы, наверное, уже и не помним точно, как выглядели, когда познакомились практически детьми. У меня лучшие дети.

Я планирую написать несколько книг еще. Хочу написать большую книгу по истории экономики, как экономика развивалась — сделать такой «Sapiens» от экономики. Я хочу написать хорошую книгу по инвестициям, потому что хороших нет, на мой взгляд. Очень многие спрашивают, почему я не напишу фикшн о том, как развивалась российская экономика в 90-е. Такое тоже хочется написать, у меня море историй в голове, но время нужно. Когда будет время, если будет — все сделаю.

Если представить, что вы стоите на Страшном суде и вас спрашивают: «А что вы хорошего сделали за свою жизнь?»

Я иудей и в нашей вере нет никакого Страшного суда. Все, что Бог хочет сделать — он сделает при жизни человека, а после этого человек, в зависимости от того, в большей или меньшей степени вы прониклись вавилонскими идеями, вообще исчезает или живет в пространстве, где уже все хорошо и все заботы, которые были в жизни, — тлен.

Я мог бы вам понарассказывать стандартной ерунды — сколько я создал рабочих мест, скольких людей научил, скольким помог, сколько деревьев посадил, сколько домов построил, какого сына родил. Но честно, насчет хорошего — я в последнее время очень сильно сомневаюсь, что этот термин вообще применим. Я не знаю, что такое хорошее. Вы наверняка знаете старый анекдот про соль? Я не могу знать, кому передал соль в жизни, в чем мое предназначение и есть ли оно.

Я могу сказать, что вырастил прекрасных детей, но где гарантия, что через 10 поколений у них не родится Гитлер? Я просто жил исходя из своих интересов, убеждений и личных морально-этических норм.

Пока говорю с вами, думаю, что тысячи людей в России отдали бы довольно много денег, чтобы оказаться на моем месте.

Вы знаете, было бы очень здорово об этом думать так, как думаете вы, но, к сожалению, я очень хорошо понимаю, что это абсолютно не так. У меня 80 000 подписчиков в Фейсбуке, десятки тысяч человек читают мои статьи, вокруг меня какие-то дискуссии, даже случалось несколько раз с моими статьями повлиять на позицию власти в России, и случалось даже, что меня цитировали и мое мнение учитывали в Вашингтоне. Это, наверное, должно быть как-то неимоверно круто, потому что вот же надо же. А какова у этого ценность? Ценность — ноль.

Сегодня общество — давно не один заслуженный экспертный совет и благодарные слушатели, а огромное сборище небольших парткомов, в каждом из которых кто халат надел, тот и врач. Слава в подобном обществе скорее характеризует человека с отрицательной стороны. Ценность, на самом деле, должны представлять люди, которые известны очень немногим, единицам, зато действительно обладают способностью понимать, думать, создавать. Я, конечно, абсолютно мимо в этом плане, я не академический экономист, не мыслитель, не философ, не профессионал высокого класса в чем-то — не сварщик и не ядерный физик.

Я человек, который пишет и говорит, чтобы увеличивать уровень доверия к своему бизнесу. Я пишу честно, уровень доверия к моему бизнесу от этого увеличивается, но вся моя слава — она абсолютно трехгрошовая и не сильно отличается от славы футболиста Дзюбы после знаменитого видео.

Чего вам не хватает в жизни?

Времени и молодости. Я в хорошей физической форме для 53-х, но в плохой для 25-ти. Мне это не нравится. Я хочу, чтобы было всегда 25. Я уже не могу так быстро бежать, уже не могу так подтягиваться, не могу так долго играть в теннис и очень грущу по этому поводу.

Мне не хватает времени. Было бы у меня лишних 24 часа в сутках — я бы нашел финансирование, построил большую клинику, потому что вижу и понимаю, как должно быть. Создал бы университет — потому что мне кажется, я знаю, в чем проблемы университетов. Думаю, что в России не хватает нормального университета для российских студентов, но только не в Подмосковье и не в Москве, под пристальным взглядом ОМОНа, а где-нибудь в Прибалтике, чтобы они могли свободно учиться там. Если я пойду на все это деньги собирать (я уже не говорю об управлении проектом) — время потребуется, а времени у меня и так не хватает.

В чем для вас смысл вашей работы?

У меня работа творческая в процессе и не творческая в результате. Моя работа заключается в том, чтобы люди могли мне дать доллар, а получить обратно доллар-двадцать. Это что-то между бухгалтерией, математикой, теорией игр, логистикой. Это игра иногда вместе с миром, иногда — против мира. Немного напоминает военную стратегию, только воюют инвестиции, а не люди. Такие игры в процессе я очень люблю. И людьми управлять люблю, это тоже мне дает искры удовольствия.

Плохой управляющий людьми играет в историю про власть. Хороший управляющий людьми играет в историю про коммуникацию. Хороший управляющий — человек, который позволяет сообществу, группе, коллективу осознать себя. Это его задача. Если достигается осознание внутренней гармонии, то система хорошо управляется.

Вообще, я считаю, есть два вида управления: охранительное и развивающее. Если вы управляете складом с золотом, то вы не управляющий. Вы главный сторож. Ваша задача — чтобы много не украли, и чтобы все лежало на своем месте. Ваше оружие — страх. Ваш лучший сотрудник — лояльный, неумный, исполнительный, ворующий в меру и только по разрешению.

Если же вам нужно создать бизнес «на пустом месте», то успешно создавать можно только одним способом: дать системе возможность саморазвиваться. Вам нужны люди умнее вас, готовые быть нелояльными. Зато на воровство у вас нет ресурсов — значит, должны быть честными; но и на дураков у вас нет ресурсов — остается искать только самых умных. Какая у меня власть в бизнесе, у меня люди могут говорить: «Что ты говоришь, вообще всё не так», и я скорей буду их слушать, потому что — а зачем они здесь вообще иначе? Если я буду рассказывать им, что делать, то они мне не нужны — я найму секретарей.

Кайф от управления — в этой ткани, в этих конструкциях, когда из ничего создается процесс, который работает.

Дайте, пожалуйста, маленькому инвестору типа меня совет.

Не знаю, понравится он вам или нет, но инвестиционное пространство имеет одно вербальное, а значит и смысловое, отличие от большинства других пространств. Когда вы лечитесь — вы пациент, а вас лечит врач. Когда вы учитесь — вы ученик, а вас учит учитель. Когда вы едите в ресторане — вы клиент, а вам готовит повар.

Когда вы инвестируете — вы сразу инвестор.

В инвестировании, как только вы взяли рубль и пошли инвестировать, вы оказались на одном конкурентном поле с остальными. На тот рубль, который вы принесли, уже 20 желающих или 200 000, а если вы на него заработали 10 копеек — значит вы у кого-то отобрали эти 10 копеек.

Мой совет: понимать, что инвестирование — профессиональное занятие. Не надо переоценивать свои способности. Кто-то когда-то говорил, что у людей есть природная способность к сексу, а почему нет к инвестированию? По очень простой причине: в процессе секса вы не конкурируете — вы кооперируетесь в иерархии. Если бы вам пришлось конкурировать за самку — скажем, их было бы в 10 раз меньше, чем самцов, — тут уже был бы большой вопрос, не потребовался бы вам кто-то посильнее, чтобы за вас за самку бороться. Так же и с инвестициями — очень грубо: рост стоимости инвестиций совокупно в мире должен соответствовать инфляции на длинном горизонте; но вы-то хотите обгонять инфляцию — значит, должны кого-то оставить в убытках. Тут лучше обращаться к профессионалу.

Я бы отдельно не советовал учиться у публичных коучей по инвестициям. В паре «учитель и ученик» — зарабатывает только учитель на учениках и ничего другого. Если человек пошел за 5 копеек учить других инвестировать — задайте вопрос: почему он 5 миллионов долларов не инвестирует сам, время теряет, что происходит?

Читайте также:

Куда вкладывать деньги, чтобы увеличить доход

Собрали 15 книг, которые помогут принять взвешенное решение, когда рынок погружается в панику.

Читать дальше →

В чем для вас смысл жизни?

Ни в чем.

Я не имею в виду бессмысленность в лермонтовском смысле. Я получаю большое удовольствие от жизни. Иногда грущу, иногда тоскую, но чаще, тьфу-тьфу-тьфу, получаю удовольствие. Мне кажется, смысл жизни в самой жизни. Так устроена наша химия мозга, что мы хотим жить, раз мы хотим жить — значит первичный смысл того, что мы живем, в том, что мы живы.

Я не верю в глобальные цели, я не верю в наследие после себя. Это все хрупко невероятно. Человеческая волна все равно все сметет, как следы на песке. Нет никакого смысла. Надо просто жить в кайф. Так, чтоб быть довольным собой и окружающим миром.

Как бы вы хотели умереть?

Я бы хотел жить вечно. Мой сын обещает мне, что он вырастет и создаст таблетку, с которой можно быть бессмертным. Я доверяю своим детям.

Сколько процентов от того, что вы хотите, вы не успеваете сделать в противном случае?

99%.

Андрей Мовчан

Россия в эпоху постправды

«Здравый смысл против информационного шума»

Мовчан дает взвешенную оценку важных событий в России и мире за последние годы. Его мнение звучит жестко и бескомпромиссно, но в этом и есть основной посыл автора: научившись слышать и адекватно оценивать чужое неудобное или непонятное мнение, мы сможем пробиться через информационный шум и жить осознанно.


Читайте также:


Получать самые интересные статьи

Подпишитесь на рассылку «Альпина.Медиа»

Книги на эту тему

Комментарии для сайта Cackle
 

Войти на сайт

или


Ваша корзина пуста
Нажмите здесь, чтобы продолжить покупки
Корзина