+7 (495) 980 80 77

Рецензия от Галины Курченковой

Дата публикации:

Сколько мифов и легенд слышим мы о стране-загадке, о стране, закрытой от любопытствующих взглядов туристов. О стране, которая называется КНДР или Северная Корея. Наверное, каждому из нас было бы интересно заглянуть "за железный занавес". Но побывать в этой стране - редкая удача, а увидеть то, что не предназначено для посторонних глаз - удача вдвойне. Такой шанс выпал Барбаре Демик, корреспонденту газеты Los Angeles Times. И результатом её поездки стала книга "Повседневная жизнь в Северной Корее", выпущенная издательством Альпина Нон-фикшн.


Но материалом для книги послужило не столько посещение Северной Кореи, где журналисты не могли шага ступить без сопровождения, сколько беседы с людьми, бежавшими из Северокорейского ада. Журналистка искала этих людей в Южной Корее и беседовала с ними. Чтобы печатление получилось как можно более объективным, она старалась находить людей, живших в одном и том же регионе, Чхонджин, который находится на севере страны.

Эти рассказы невозможно читать спокойно. Постоянно возникает мысль - КАК всё это можно вытерпеть? А люди не только терпят, но и живут в этом аду, не зная ничего иного и воспринимая окружающую обстановку как единственно правильную. Ложь и лицемерие стали естественной составляющей их жизни. Правду нельзя не только произносить, но даже и думать о ней, иначе тебя выдаст выражение лица.

Аннотация.
Страшное в своей безыскусности и документальной точности, свободное от излишней патетики, искреннее и динамичное повествование приоткрывает привычную завесу конспиративности, тщательно поддерживаемую спецслужбами КНДР. Достоверность проникновенного рассказа о быте и нравах в КНДР гарантируют рассказы ее бывших жителей, которым удалось сбежать из «Страны утренней свежести», а также данные и цифры из самых авторитетных источников.

Думаю, что по нашей традиции защитников "вождей" многие попытаются обвинить журналистку в предвзятости, что она показала только одну сторону медали. А кто должен выступать от другой стороны? Приближённые вождя или государственные пропагандисты?

Многие просто не хотят верить в жуткую реальность, проводя мысленно параллели с тем, как действовал всем известный российский персонаж истории.

Например, ничего не напоминает этот рассказ девушки Ми Ран?

Их семья жила бедно, как, впрочем, и все, кого Ми Ран знала. Любые зарубежные издания, фильмы и радиопередачи были недоступны, поэтому девочка считала, что нигде в мире людям не живется лучше, чем у нее на Родине, что во многих странах не хватает еды. Много раз она слышала по радио и телевидению о несчастных южнокорейцах, которые изнывали под каблуком у проамериканского марионеточного диктатора по имени Пак Чон Хи, а затем и у его преемника Чон Ду Хвана. Девочке внушали, будто «мягкий» вариант китайской коммунистической системы менее совершенен, чем строй Ким Ир Сена, поэтому миллионы китайцев голодают. В общем, Ми Ран была уверена, что ей очень повезло родиться в Северной Корее под отеческой опекой великого вождя.

Простые рассказы очевидцев трогают до глубины души и одновременно ужасают. Неужели такое возможно в двадцать первом веке?

Работники органов госбезопасности превратили открытое место у реки в импровизированный зал суда, установив столы для участников процесса и систему усиления звука с двумя огромными колонками. Человека обвиняли в том, что он залезал на столбы линий электропередач и срезал с них медную проволоку для продажи.

— Вор нанес существенный урон государственной собственности. Преступление было совершено с намерением причинить вред общественному строю. Это акт предательства, акт помощи врагам социалистического государства, — с треском разносился через динамики голос прокурора.

Затем выступил человек, который должен был представлять интересы обвиняемого, но ничего не сказал в его защиту:

— Я утверждаю, что слова прокурора истинны.

— Таким образом, обвиняемый приговаривается к смерти, и казнь будет совершена незамедлительно, — заключил третий представитель суда.

Приговоренного привязали к деревянному столбу на уровне глаз, груди и ног. Расстрельная команда должна была выпустить по три пули в каждое из этих мест, перебив веревки, — всего девять, сверху вниз. Первой поникала безжизненная голова, и тело постепенно сползало к основанию столба. Аккуратно и быстро. Казалось, что расстрелянный склонялся, прося прощения за содеянное.

Пока Чон Сан думал об этом, прозвучали выстрелы. Голова. Грудь. Ноги.

Голова раскололась, словно бутылка с водой. Кровь смешалась с грязью, почти добрызнув до зрителей. Чон Сану показалось, что его сейчас стошнит. Он развернулся, выбрался из толпы и пошел домой.

Читать книгу тяжело. Но я бы советовала прочесть её всем в профилактических целях. Особенно тем, кто ратует за возвращение СССР и прославляет тоталитарный режим.

Сколько мифов и легенд слышим мы о стране-загадке, о стране, закрытой от любопытствующих взглядов туристов. О стране, которая называется КНДР или Северная Корея. Наверное, каждому из нас было бы интересно заглянуть "за железный занавес". Но побывать в этой стране - редкая удача, а увидеть то, что не предназначено для посторонних глаз - удача вдвойне. Такой шанс выпал Барбаре Демик, корреспонденту газеты Los Angeles Times. И результатом её поездки стала книга "Повседневная жизнь в Северной Корее", выпущенная издательством Альпина Нон-фикшн.


Но материалом для книги послужило не столько посещение Северной Кореи, где журналисты не могли шага ступить без сопровождения, сколько беседы с людьми, бежавшими из Северокорейского ада. Журналистка искала этих людей в Южной Корее и беседовала с ними. Чтобы печатление получилось как можно более объективным, она старалась находить людей, живших в одном и том же регионе, Чхонджин, который находится на севере страны.

Эти рассказы невозможно читать спокойно. Постоянно возникает мысль - КАК всё это можно вытерпеть? А люди не только терпят, но и живут в этом аду, не зная ничего иного и воспринимая окружающую обстановку как единственно правильную. Ложь и лицемерие стали естественной составляющей их жизни. Правду нельзя не только произносить, но даже и думать о ней, иначе тебя выдаст выражение лица.

Аннотация.
Страшное в своей безыскусности и документальной точности, свободное от излишней патетики, искреннее и динамичное повествование приоткрывает привычную завесу конспиративности, тщательно поддерживаемую спецслужбами КНДР. Достоверность проникновенного рассказа о быте и нравах в КНДР гарантируют рассказы ее бывших жителей, которым удалось сбежать из «Страны утренней свежести», а также данные и цифры из самых авторитетных источников.

Думаю, что по нашей традиции защитников "вождей" многие попытаются обвинить журналистку в предвзятости, что она показала только одну сторону медали. А кто должен выступать от другой стороны? Приближённые вождя или государственные пропагандисты?

Многие просто не хотят верить в жуткую реальность, проводя мысленно параллели с тем, как действовал всем известный российский персонаж истории.

Например, ничего не напоминает этот рассказ девушки Ми Ран?

Их семья жила бедно, как, впрочем, и все, кого Ми Ран знала. Любые зарубежные издания, фильмы и радиопередачи были недоступны, поэтому девочка считала, что нигде в мире людям не живется лучше, чем у нее на Родине, что во многих странах не хватает еды. Много раз она слышала по радио и телевидению о несчастных южнокорейцах, которые изнывали под каблуком у проамериканского марионеточного диктатора по имени Пак Чон Хи, а затем и у его преемника Чон Ду Хвана. Девочке внушали, будто «мягкий» вариант китайской коммунистической системы менее совершенен, чем строй Ким Ир Сена, поэтому миллионы китайцев голодают. В общем, Ми Ран была уверена, что ей очень повезло родиться в Северной Корее под отеческой опекой великого вождя.

Простые рассказы очевидцев трогают до глубины души и одновременно ужасают. Неужели такое возможно в двадцать первом веке?

Работники органов госбезопасности превратили открытое место у реки в импровизированный зал суда, установив столы для участников процесса и систему усиления звука с двумя огромными колонками. Человека обвиняли в том, что он залезал на столбы линий электропередач и срезал с них медную проволоку для продажи.

— Вор нанес существенный урон государственной собственности. Преступление было совершено с намерением причинить вред общественному строю. Это акт предательства, акт помощи врагам социалистического государства, — с треском разносился через динамики голос прокурора.

Затем выступил человек, который должен был представлять интересы обвиняемого, но ничего не сказал в его защиту:

— Я утверждаю, что слова прокурора истинны.

— Таким образом, обвиняемый приговаривается к смерти, и казнь будет совершена незамедлительно, — заключил третий представитель суда.

Приговоренного привязали к деревянному столбу на уровне глаз, груди и ног. Расстрельная команда должна была выпустить по три пули в каждое из этих мест, перебив веревки, — всего девять, сверху вниз. Первой поникала безжизненная голова, и тело постепенно сползало к основанию столба. Аккуратно и быстро. Казалось, что расстрелянный склонялся, прося прощения за содеянное.

Пока Чон Сан думал об этом, прозвучали выстрелы. Голова. Грудь. Ноги.

Голова раскололась, словно бутылка с водой. Кровь смешалась с грязью, почти добрызнув до зрителей. Чон Сану показалось, что его сейчас стошнит. Он развернулся, выбрался из толпы и пошел домой.

Читать книгу тяжело. Но я бы советовала прочесть её всем в профилактических целях. Особенно тем, кто ратует за возвращение СССР и прославляет тоталитарный режим.

Каталог

 

Оформить заказ

Корзина

Итого

Кол-во: 0

0 руб.

Оформить заказ

Войти на сайт

или