+7 (495) 980 80 77

Вера на вырост как двигатель прогресса

Дата публикации: 10 июня 2011

Основатель фонда Edge Foundation и редактор веб-сайта edge.org Джон Брокман в своей книге «Во что мы верим, но не можем доказать: Интеллектуалы XXI века о современной науке» собрал 109 эссе, посвященных разным представлениям об истине и доказательствах.

«Во что вы верите, хотя не можете этого доказать?» — таким в 2005 году был главный вопрос интеллектуального проекта Edge, который уже более 10 лет объединяет мыслящих практиков, формирующих новые зримые глубинные смыслы «третьей культуры», торжествующей над анестезиологией традиционной мудрости.

Книгу основателя некоммерческого фонда Edge Foundation и редактора веб-сайта edge.org Джона Брокмана «Во что мы верим, но не можем доказать: Интеллектуалы XXI века о современной науке» на русском языке выпустило издательство «Альпина нон-фикшн». В ней представлено 109 ответов, посвященных сознанию, познанию, разным представлениям об истине и доказательствах.

Великие умы иногда угадывают истину до того, как появятся факты или аргументы в ее пользу. (Дидро называл эту способность «духом прорицания».) По словам Брокмана, рассматриваемые в книге идеи — это открытые, гибкие, смелые гипотезы просвещенных умов; они знакомят с новыми областями эволюционной биологии, генетики, компьютерных наук, нейрофизиологии, психологии и физики.

Наука развивается, выдвигая догадки и предположения, иногда под влиянием поэтических идей и даже эстетических образов, а затем пытается подтвердить их путем экспериментов или наблюдений. В этом и заключается красота науки — в ней есть стадия воображения, за которой следует стадия доказательств, стадия подтверждения.

«В целом, я бы сказал, что эти ответы демонстрируют, как мы справляемся с излишней определенностью, — пишет автор или, скорее, соавтор и составитель сборника эссе.— Мы живем в эру поисковой культуры, когда Google и другие поисковые системы ведут нас в будущее, изобилующее точными ответами и в сопровождении наивной убежденности. В будущем мы сможем ответить на вопросы — но хватит ли нам ума их задать?»

Во что верят современные мыслители? Например, в необходимость веры (не только религиозной, но веры в принципе), в настоящую любовь. Теоретик сингулярности Рэй Курцвейл полагает, что мы найдем способ преодолеть скорость света, и она уже не будет предельной скоростью передачи информации.

Есть ли жизнь за пределами Земли, разумна ли она? Существует ли время на самом деле? Можем ли мы изменить скорость света? Является ли язык предпосылкой сознания?

«Я предполагаю, что человеческая субъективность — знаменательный побочный продукт языка», — пишет Дэниел Денет, профессор философии, директор центра когнитивных исследований Университета Тафтса, утверждая, что животные и дети, не умеющие разговаривать, не имеют сознания в привычном его понимании.

Некоторые из его коллег в своих эссе, напротив, утверждают, что крысы способны чувствовать, а тараканы обладают сознанием. Элисон Гопник верит, что младенцы на самом деле более живо воспринимают внешний мир и внутреннюю жизнь, чем взрослые. Острое, экстатичное осознание мира, возникающее в момент озарения — как минимум одна из форм сознания. Для ребенка каждый шаг — словно прыжок с парашютом.

А что если каждый из нас — элемент коллективного интеллекта? Может быть, в значительной степени наше поведение определяется бессознательными социальными сигналами, и люди обладают не только индивидуальным, но и коллективным племенным разумом.

«Что там жизнь — всю свою зарплату за целый год» профессор теоретической физики Стэнфордского университета Леонард Сасскинд, не раздумывая, поставил бы на то, что в экспериментах с монетой «орел» из миллиона бросков миллион раз не выпадет. Сасскинд уверен, что законы больших чисел, то есть теория вероятностей, его не подведут.

В своем эссе на вопросы «студента-тугодума» он отвечает, что на тысячу опытов орел, вероятно, выпадет от 470 до 530 раз (исходя из вероятности одна вторая и допустимой погрешности, равной квадратному корню от количества бросков). Что значит это «вероятно»? — «Это значит, что я буду удивлен, если орел выпадет чаще, чем предполагает допустимая погрешность. На этих законах строится вся наука. Но я не могу этого доказать, и на самом деле понятия не имею, почему они работают».

Математик Вверена Хубер-Дайсон говорит, что не может доказать почти ничего из того, во что верит. Наши убеждения всегда связаны с достижениями и опытом других людей. Мы также знаем из теорем Гёделя, что ограничения того, что можно доказать, встроены в саму концепцию доказательств, а не только в ограничения человеческого разума, пишет Хубер-Дайсон. Фактически в любой формальной системе, удовлетворяющей некоторым естественным минимальным требованиям, существует математическая истина, которую можно выразить языком этой системы, но нельзя доказать с помощью свойственной этой системе процедуры доказательств.

Но, может быть, мы выжили в процессе естественного отбора, благодаря нашей вере в то, что невозможно доказать? Возможно. Так, во всяком случае, считает Рэндольф Нессе, профессор психиатрии и психологии Мичиганского университета. Он обстоятельно раскрыл свою позицию относительно веры в недоказанное или недоказуемое. Пожалуй, его эссе в какой-то мере иллюстрирует и актуальность самой книги и заявленной в ней темы.

«Те, кто время от времени поддается ошибочным убеждениям, добиваются в жизни большего, чем те, кто просчитывает каждый свой шаг», — пишет Нессе. Он не призывает к иррациональности или безудержной эмоциональности, не забывая о золотой середине, но напоминает, что все великие дела в жизни совершают те, кто идет вперед, когда другим это кажется неразумным. Обычно этих смельчаков ждет неудача — но иногда они добиваются успеха, пишет Нессе.

Каталог

 

Оформить заказ

Корзина

Итого

Кол-во: 0

0 руб.

Оформить заказ

Войти на сайт