Не знаю, это только у меня возвращение из отпуска связано с периодом сложной адаптации к соотечественникам, или такое бывает у многих. Знаю точно, что со мной это происходит всегда.Я стараюсь выбирать такие места для отпуска, чтобы количество шансов встретить россиян было минимальным. Это не потому, что не ценю их — просто хочется немного отдохнуть и побыть в другой культурной среде. На сей раз в этом плане отпуск удался — встретилась только одна не совсем русская семья, которая живет в США, где папа — коренной американец, а мама русская. Дети свободно говорили на двух языках — с мамой по-русски, а с папой по-английски. Общение с этой семьей оказалось приятным, кратким и необременительным.
Недавно мне прислали ссылку на один сайт, где некоторое время назад была размещена вакансия на должность swine team leader. Не смейтесь, речь не о лидере команды свиней, работодатель просто хотел покрасивее назвать должность бригадира свинофермы. А в одном глянцевом журнале как-то написали что «модели покажут много новых луков», и речь шла не об орудиях стрельбы, а о «видах» или, правильнее, — «одеждах».
Похоже, потребительская экономика настолько засела у нас в мозгах, что мы уже не только каждые три года меняем машину, каждый год — мобильный телефон и каждый месяц — социальную сеть, но и слова хотим тоже менять чем чаще, тем лучше.
На днях вернулся с книжной выставки в США (Book Expo America). Эта второразрядная выставка в этом году оказалась несколько больше, чем обычно. Дело в том, что в апреле многие издатели не смогли добраться до выставки в Лондоне из-за извержения вулкана и перенесли встречи в Нью-Йорк.
Главной темой выставки стали электронные книги и проблемы копирайта. Если еще год назад большинство издателей достаточно спокойно и неэмоционально относились к теме электронных книг, считая, что это дело отдаленного будущего, то сейчас все понимают, что перемены идут уже сейчас и очень быстро. Все делают прогнозы по поводу того, какую долю будут занимать электронные книги через N лет. Расхожий прогноз: 50% к 2016 году. (Сейчас доля продаж электронных книг в общих продажах у большинства западных издательств порядка 4%. У отдельных издательств, которые на этом делают акцент и не боятся каннибализации «бумажных» продаж, доля электронных продаж выше – 10–15%.)
Понятно, что столь масштабные изменения приведут к коренному перекрою структуры книжного рынка. Компании, которые сейчас выберут неправильную стратегию развития, могут лишиться бизнеса в ближайшие 5–10 лет.
В плане того, «что делать» я выделил три принципиальных подхода издателей...
Ну вот, наши проиграли, хотя так хотелось стать чемпионами мира третий раз подряд. Теперь наверняка спортивные чиновники, а также и наиболее рьяные болельщики будут катить бочку на Быкова, а также на наших хоккеистов. Как же так? Канадцев обыграли, немцев, а с чехами не справились. Позор, зря мы за вас ящик пива выдули!
Послезавтра – День Победы. В этом году масштаб мероприятия и, соответственно, затрат на его реализацию, очевидно, побьют все рекорды. СМИ рассказывают о миллионах, которые планируется потратить на разгон облаков и прием гостей, а проехать по Москве вчера было нельзя из-за перекрытия дорог. Масштаб тренировок летчиков к параду в небе Москвы уже впечатляет – будет круто. У меня складывается устойчивое впечатление, что все это справление превращается из чествования ветеранов в некую пропагандистскую кампанию. Чего же власти хотят добиться? На мой взгляд, это пропаганда «сильного государства». «Сильная власть» - это административная вертикаль власти, вмешательство государство во все дела (активное участие в экономике), отсутствие оппозиции. Скрытый посыл такой: «Вот был у нас Сталин, сильное государство, порядок, поэтому победили». При этом, конечно, объективную правду про войну практически никто знать не хочет. Факт, на мой взгляд, в том, что война во многом была следствием политики Сталина. «Террористический менеджмент» Сталина и его стремление экспортировать социализм раздробили мир на противоборствующие лагеря и сделали крайне сложным создание антигитлеровской коалиции. Кроме того, я считаю убедительными аргументы историков Э.Радзинского, В. Суворова, Автарханова, которые считают, что Сталин планировал нападение на Гитлера и захват Европы с целью создания советской республики. Гитлер пошел на неподготовленную войну с СССР (и войну на два фронта), чтобы опередить Сталина. Думаю, что, если бы не военная и техническая помощь западных держав, СССР проиграл бы войну. Вопрос оценки эффективности «сильного государства» для войны достаточно спорный. Но, говоря о мирном времени, концепция «сильного государства», которое все контролирует, уже давно показала свою неэффективность.
Одним из главных впечатлений от моей первой поездки в США в 1996 году были улыбки и, как мне казалось, показной «позитив». Я проходил месячный курс обучения по организации IPO в New York Institute of Finance, и один из преподавателей поражал особенно искусственной улыбкой, которая была похожа скорее на оскал. В общении с местными банкирами удивлял их явный оптимизм и отсутствие понтов. Было непонятно: это они на самом деле такие или только делают вид. Сначала на их стандартный вопрос «How are you?» я не знал, как отвечать. (В России принято отвечать «нормально», а если человек достаточно хорошо знакомый, то добавляется опция ответа «плохо» с раскрытием перед собеседником степени тяжести жизни. Ответ на вопрос «Как дела?» типа «У меня все отлично!» прозвучал бы в России оскорбительно, как желание продемонстрировать превосходство.) Вскоре правила игры для меня прояснились. Если ты не конченый лузер, то должен отвечать «Great!». Более или менее приемлем ответ «Fine!» (но это для интеллигентов в депрессии). Все другие варианты ответов — для неудачников.
Сначала я думал, что весь этот оптимизм — неестественная дешевая показуха, но сейчас я думаю по-другому. Внешний оптимизм — это сильный психологический инструмент управления собственной жизнью и эмоциями. Когда человек берет себя в руки и улыбается, внешне демонстрируя оптимизм вопреки своему внутреннему состоянию, то постепенно за внешним проявлением меняется и внутреннее состояние. Осознанному оптимизму можно научиться. Есть достаточно много книг по этому поводу (Виктор Франкл, Мартин Селигман, Брайан Трейси, Дональд Клифтон и т.д.).
Вопрос в том, зачем это нужно. Помимо того, что оптимистом, как правило, быть приятнее, чем пессимистом, в этом есть практическая ценность. Так, по мнению Марины Мелия, которая работает коуч-консультантом со многими людьми «из Forbes», главной отличительной чертой характера суперуспешных людей является ярко выраженный, зачастую объективно неоправданный оптимизм (см. «Бизнес — это психология»). Механизм преобразования оптимизма в деловой успех, насколько мне известно, никто еще четко не описал. Возможно, дело в том, что он позволяет не раскисать при неудачах и пробовать вновь и вновь добиваться своей цели.
На мой последний пост «Наступление иррациональности» я получил интересные отзывы. Наиболее жесткую рекцию я получил на ЖЖ.
Смысл критического отзыва был такой: как я могу поддерживать идеи Айн Рэнд, которая является эгоисткой, плюет на общественное мнение и убивает детей (героев своего романа «Атлант расправил плечи»). Я понимаю, почему автор критического отзыва вытащил из всего моего поста именно Айн Рэнд.
На написание этого поста меня сподвигли три события, которые стали для меня наиболее заметными в последние дни. Первое событие – это, конечно, устроенные шахидками взрывы в метро, второе – нападение на правозащитницу Людмилу Алексееву, и третье – введение с первого апреля курса «Основ религии» в ряде школ. В моем представлении эти, на первый взгляд, разноплановые события выстроились в единую логическую цепочку.
Эта история случилась с одним из моих приятелей. Вот его рассказ от первого лица.
Я ехал на машине на деловую встречу и повернул с Садового кольца на Большую Никитскую улицу. Практически сразу за поворотом находилась остановка, где стоял автобус. Припаркованные автомобили не давали автобусу прижаться к краю дороги, и вся полоса оказалась перегороженной. Я встал за джипом, и за мной стали скапливаться автомобили.
В какой стране больше всего читают деловых книг? Догадались?
Да, действительно, в Китае. Я был в ноябре прошлого года в Китае и зашел в один из центральных книжных магазинов в Пекине. Был приятно поражен: первый этаж целиком (а это по площади как весь «Библио-глобус») занят деловой литературой. Догадаться, что это именно деловая литература, было просто — все переводные книги в Китае имеют на обложке название и имя автора на английском. Множество знакомых авторов – Кови, Мацусита, Бакингем, Трамп.
Японский менеджмент я начал изучать еще лет десять назад, когда поступил в аспирантуру, и всегда он был для меня чем-то загадочным, не до конца понятным. Другое дело американцы: у них есть четкие технологии и схемы действий, они умело поделили всё на дисциплины и методы — вот здесь стратегический менеджмент, а это уже маркетинг, вот связи с общественностью, и просьба не путать их с рекламой, а шесть сигм — это, конечно, метод, весьма отличный от бережливого производства. Японцы не такие, как мы, у них и методы-то называются странно (дзидока, канбан), не говоря уже про групповое поведение и особую иерархию, постоянное стремление к совершенству и часто просто маниакальное внимание к деталям
Создавать свое или копировать чужое? Таким вопросом руководители по всему миру задаются, думаю, достаточно часто. С одной стороны, если та или иная производственная или маркетинговая технология уже доказала свою работоспособность, зачем изобретать велосипед? Это ведь риск: ошибешься — будешь крайним. Зачем снимать оригинальный фильм, если можно сделать очередную часть «Человека-паука» или экранизировать еще один популярный комикс? С другой стороны, постоянно оглядываться на других — значит всегда быть в хвосте у лидеров. Ведь тот, кто повторяет, вряд ли сможет вырваться вперед — ну разве только он не поглотит или не разорит компанию-инноватора, а на это способны не многие.
